Землекопы


- Азимхан! Про какую жену Бакира ты говоришь? Брось чепуху городить... - прошептал он.
- А вот посмотрим, чепуха это или нет? Были вы в прошлом году в Жана-Арке?
- Были, ну и что же?
- В ауле Алимжана ночевали?
- Не знаю я никакого Алимжана, а тебе не советую врать и мешать власти. Пожалуйста, без провокаций!
- Так вы забыли про Алимжана? А помните, как вы ночью будили его дочь? Но когда она не приняла вас к себе, вы объявили, что позументы на ее бешмете - царская награда, и составили на нее протокол! Пом-. ните?
- 0 аллах!- Этот джигит говорит о том, чего я в жизни не слыхал!
- Это неслыханное дело, конечно, зато виденное собственными глазами. Дальше, в тот же день, по пути вы заехали в аул Бакира и за то, что он не зарезал ягненка, и за то, что панталоны его жены были из красного материала, какую вы бучу подняли? Ну, и... составили протокол! Тоже забыли, да? - напирал Азимхан.
- Ай, джигит, не болтай зря! Я сюда приехал по срочному поручению суда. Ты, наверное, не читал вчерашний декрет КазЦИКа? Ты глупый человек, ты не знаешь, где ждет тебя погибель! Ты распространяешь контрреволюционные слухи! - свирепея, прохрипел милиционер.
- Про какой декрет КазЦИКа вы говорите? Не злоупотребляйте властью и покажите этот декрет. А контрреволюционной агитацией занимаются вот такие именно, а не я... То, что вы устраиваете в глухом ауле, здесь, среди рабочих, не выйдет. Хотите восполь- зоваться простотой Бузаубака! Но из этого ничего не получится. Вас я вспомнил и теперь отсюда вас не выпущу... Где сивый конь и гнедая кобылица Алимжана, на которых вы тогда ускакали? - наседал Азимхан.
Милиционер растерялся.
- Что за новые выдумки? Какой KOHb? Какая кобылица? Я и близко не подходил к Алимжану.
- Ты сел на сивого коня Алимжана, а на кобылицу посадил подводчика-мальчика и когда проехал Нильдинский завод, то мальчика оставил около каких-то подводчиков и, забрав кобылицу, уехал дальше, по направлению к Акмолинску. Разве не ты был тогда? Теперь как бы вам не пришлось ответить перед судом, как бы не пришлось уплатить Алимжану за коня и кобылицу, - продолжал Азимхан.
Присутствующие сидели затаив дыхание, с широко открытыми от удивления глазами.
- Мирза, я думаю, что вы меня спутали с кем-нибудь другим? - попытался вывернуться милиционер.
- Не спутал я вас ни с кем, а вас, кажется, зовут Капа н?
- Да... Капан.
- Ну что, и теперь будете отказываться?
- 0 аллах, я совершенно не знаю этого Алимжана. Правда, я был в Жана-Аркинском районе, но как я могу принять на себя вину всех людей, которые туда приезжали?
- То седло с серебряными стременами, на котором вы восседали, когда приехали сюда, разве не принадлежит Алимжану? Удивительно, как это вы с такими преступлениями, с такими злоупотреблениями не попали под ту самую статью закона, про которую здесь говорил вот этот аульнай, - издеваясь, проговорил Азимхан.
- Товарищ, вы человек с большим будущим, как я вижу, и такую клевету бросьте говорить! Лучше давайте по-человечески, по-хорошему поговорим! - сказал милиционер, сдаваясь.