В полёте

Стоял невиданный содом,
Земля ходила ходуном,
И ураган ярился.
И волны дыбились кругом.

И во дворцы врывался страх,
И скипетры в иных руках,
Как хвост овцы, дрожали,
И троны рассыпались в прах.

И тьма сиятельных господ
Всех рангов, званий и пород
Клопами лезла в щели,
Спасая жирный свой живот.

Но наша смелая рука
Легла на руль, верна, крепка,
И, споря с ветром, бурей,
Рванулись мы за облака.

Нас не удержит ураган.
Бесстрашен наш аэроплан,
Он, к солнцу пробиваясь,
Летит отважно сквозь туман.

Мелькнула Алатау твердь,
Что не смогли преодолеть
Войска Аблая даже...
Нам — сверху на нее смотреть!

Вот Гималаи и Монблан,
Эльбрус — кавказский атаман,
Нахмуренные Альпы,
Тянь-Шань, закутанный в туман.

Все крыши мира и столпы,
Где нету робкому тропы,
Осмеянные нами,
Внизу, как белые гробы.

Он прочен, наш аэроплан,
Гудит, рокочет... Как таран,
Он пробивает тучи,
Воздушный режет океан.

Ведь даже горные орлы
В такую бурю от скалы
Боятся оторваться, -
А уж они ли не смелы?

Ревет гроза, ревет мотор,
Чеканит молния узор
Причудливый на небе,
Гром катится, касаясь гор.

Мы кувыркались в вышине,
В рассветном плыли мы огне,
Мы реяли над миром,
Парили с солнцем наравне.

И гимн
Могучий самолет
Отваге, мужеству поет...
Танцует вместе с нами
Огромный звездный небосвод.

Мы клич исторгли боевой,
Дух страстью полнится живой...
Земли и звезд далеких
Своей касаемся рукой.

И обняли, как брата брат,
Мы космос, где миры парят.
И звезды поклониться
К Земле из вечности летят.

Мы в облаках берем разбег,
О, стрелы молний, горный снег...
Мы, запевалы бури,
Провозглашаем новый век!

11 мая 1921
Омск, вокзал
Перевод Н. Яворской