В полёте |
|
Стоял невиданный содом, Земля ходила ходуном, И ураган ярился. И волны дыбились кругом. И во дворцы врывался страх, И скипетры в иных руках, Как хвост овцы, дрожали, И троны рассыпались в прах. И тьма сиятельных господ Всех рангов, званий и пород Клопами лезла в щели, Спасая жирный свой живот. Но наша смелая рука Легла на руль, верна, крепка, И, споря с ветром, бурей, Рванулись мы за облака. Нас не удержит ураган. Бесстрашен наш аэроплан, Он, к солнцу пробиваясь, Летит отважно сквозь туман. Мелькнула Алатау твердь, Что не смогли преодолеть Войска Аблая даже... Нам — сверху на нее смотреть! Вот Гималаи и Монблан, Эльбрус — кавказский атаман, Нахмуренные Альпы, Тянь-Шань, закутанный в туман. Все крыши мира и столпы, Где нету робкому тропы, Осмеянные нами, Внизу, как белые гробы. Он прочен, наш аэроплан, Гудит, рокочет... Как таран, Он пробивает тучи, Воздушный режет океан. Ведь даже горные орлы В такую бурю от скалы Боятся оторваться, - А уж они ли не смелы? Ревет гроза, ревет мотор, Чеканит молния узор Причудливый на небе, Гром катится, касаясь гор. Мы кувыркались в вышине, В рассветном плыли мы огне, Мы реяли над миром, Парили с солнцем наравне. И гимн Могучий самолет Отваге, мужеству поет... Танцует вместе с нами Огромный звездный небосвод. Мы клич исторгли боевой, Дух страстью полнится живой... Земли и звезд далеких Своей касаемся рукой. И обняли, как брата брат, Мы космос, где миры парят. И звезды поклониться К Земле из вечности летят. Мы в облаках берем разбег, О, стрелы молний, горный снег... Мы, запевалы бури, Провозглашаем новый век! 11 мая 1921 Омск, вокзал Перевод Н. Яворской |