В лачуге Жумата

Вот лачуга стоит
На пути из аула -
От бесчинства ветров
Грустно спину согнула.

Из самана ее
Сбили чьи-то ладони.
Когда входишь в нее,
Гнешься, словно в поклоне.

Узок пол земляной,
Тряпок скопище затхлых.
Постоянно стоит
Сыромятины запах.

Тусклый бычий пузырь
В дырах-окнах печальных,
Старой шапкой накрыт
Остывающий чайник.

Через окна и дверь
Слышен посвист метели;
Белым инеем все
Запорошены щели.

Воет-плачет труба
Дряхлой печки-времянки;
Пес голодный скулит
Там, за дверью землянки.

Голос ветра в трубе -
Как призывы на помощь...
Но к призывам глуха
Злая зимняя полночь.

В общем, что говорить
Нам о бедности боле:
В доме нужного нет
И десятой-то доли.

Нет уюта, тепла
У Жумата в лачуге,
Наполняют ее
Завывания вьюги.

Жить здесь - сила нужна
И присутствие духа...
В черной, дымной норе
Лишь одна молодуха.

Перед ней колыбель, -
Мать сынишку качает
И на лобик ему
Слезы молча роняет.

Плачет, плачет малыш...
Что с ребенком такое?
Он с рожденья - в слезах,
Словно просит покоя.

Песню грустную мать
Над сынишкой заводит.
Черный ветер ночной
Вторит ей в дымоходе...

1926
Перевод В. Виноградова