Мой бедный аул

Да, уже немало дней
Я под кровлей городской,
И на родине своей
Раз в два года я гощу.

Вот он, бедный и родной,
С детства памятный аул!
Только стал совсем иной
За немногие года.

Стариков с теченьем лет.
Заменила молодежь...
Так прими же мой привет,
Сизовойлочный аул!

Облик жизни изменен,
Лица юношей свежи,
А вчерашние юнцы -
Пышноусые мужи.

Полог юрты обветшал,
Пусть же станет золотым.
В колыбели я лежал,
Тишиной его храним...

Вот где правил бай Тапал,
Где озера Кос Шалкар.
Где же кони, чей табун
Берега озер топтал?

Опустел аул Хаджи,
Обеднел аул Мурзы.
Где их скот? Как ни кружи,
Малой доли не найдешь.

Но Карим и Абжекен
Не усмотрят всех овец,
Не сосчитаны никем
Их отары и стада,
Вот он, мой родной аул!
Я, оглядывая даль,
Добрым словом помянул,
Сосчитал односельчан.

Сын муллы - он секретарь,
А муллы в помине нет.
Одноглазым стал Сатай,
Стал еще старей Али.

Да, возглавил сельсовет
Сын муллы, последний сын,
И в ауле нет муллы,
И мулле почета нет.

У Данкена - хворь и плешь,
Зубы выпали его,
И волос лишен Ареш,
Лишь полноса у него.

Изымханова жена
Лихорадкою больна.
А сапожник - сед и хром,
Наделен большим горбом.

Булекан и Биязы-
С глухотой и слепотой.
Не стряхнуть с очей слезы
Одряхлевшею рукой.

Сгорбившись, чтоб не упасть,
Две старухи побрели...
Захватили в доме власть
Молодухи сыновей.

Вырос сын у Биязы
И подался в города.
Он со мной вошел в аул,
Мать ученого горда.

Вот и плачет Бияза, .
Плачет сын ее Камал,
Стал он крепок и силен.
Был когда-то слаб и мал.

Люди поняли. сейчас
Пользу знаний и наук,
И у многих из сельчан
Учатся и сын, и внук.

Все в труде... И Алиман
Чинит старое седло.
Рубит заново Сатан
Ось распавшейся арбы.

А Кадиш издалека
Воротился в свой аул.
У двухлетнего конька
Поступь твердая легка.

А на берегу реки -
Отдых медленных коров,
А на склонах - косяки
Огнедышащих коней.

Некогда пасли табун
На джайляу Кара-ой...
Слился с бархатом полей
Бархат неба голубой.

Раздается рев быка,
Отдается вдалеке,
Едет сборщик кизяка
На несмазанной арбе.

Черно-бурый бык могуч,
Силой запряжен в арбу.
Выцветший шекпен колюч,
Тело голое темно.

На одежде бедняков
Много все еще заплат.
Ты когда покинешь их,
Старый, порванный халат?

Но мальчишеских ватаг,
Общей занятых игрой,
Собирающих кизяк,
Песни звонкие слышны.

Песни новые у них,
Новый день и новый век,
Песни новые звенят,
Огласив Кара-узек.

Лишь вчера Коран они
Распевали наизусть.
Новые настали дни,
Новый слышится напев.

У Сатая-бедняка
В доме вдоволь молока.
Нурекенова Айша
Стала дивно хороша.

Весь в заплатах Атекен,
Вечно он бродил один,
Рван шатер его, кеген
Весь длиной в один аршин.

Рядом с юртой, у заплат,
Топчется убогий скот.
Десять коз и пять козлят,
Неудачен был приплод.

Я из города привез
Сепаратор в дар ему...
Все бегут его смотреть -
Не пробиться никому.

Масло Атекен скопил,
Продал в кооператив
И, шапан себе купив,
Задал всем соседям пир.

Сепаратор зашумел,
Сказочен, молочно-бел.
Масла жирные комки
В каждом доме велики.

Возле юрты женский смех.
Многолюдно день и ночь.
Сепаратор зашумел.
Все хотят ему помочь.

В центре круга он стоит,
В центре круга - шум и стон.
Жадно слушает народ
Песню будущих времен.

Ручку крепко ухватив,
Крутят до потери сил.
Аппарат заголосил...
Нескончаемый мотив!

Чутко вслушиваюсь я
В этот вдохновенный гул,
И оглядываю я
Мой сегодняшний аул.

Нескончаемый мотив -
Сепаратора напев!
Эту песню подхватив,
Песню я свою сложу.

Вот он, бедный и родной,
С детства памятный аул!
Только стал совсем иной
За немногие года...

Август 1926
Перевод Мю Синельникова